Смерть Валерия Аверина из Бурятии стала первым официально подтвержденным случаем гибели студента, завербованного в войска беспилотников.
23-летний парень, который даже не служил в армии по состоянию здоровья, подписал контракт прямо в техникуме после обещаний, что он будет работать с высокими технологиями и получит бесценный опыт и профессию на будущее. Студент прошел трехмесячный курс обучения на оператора дронов и отправился на фронт. Там он погиб всего через 14 дней — в обычном пехотном штурме под Луганском. Мать Валерия, Оксана Афанасьева, до последнего не знала, что сын на СВО.
”
«Он меня обманул, сказал, что на Wildberries поехал зарабатывать. А сам контракт подписал. Я когда узнала, чуть с ума не сошла. Его ведь в армию даже не брали, сказали — психически неуравновешенный. А тут — годен! Ребенок три месяца учился на БПЛА, а его в штурм, в мясорубку самую бросили! Того, кто автомата в руках не держал. Замполит мне потом звонил, оправдывался, а что толку? Сына нет, за две недели управились», — отмечает мать.
Пока матери по всей стране получают похоронки, Минобрнауки делает вид, что ничего не происходит. На запросы журналистов о «квоте в 2% студентов», которые должны уйти на фронт, ведомство отвечает одной фразой — «об этом ничего неизвестно». Однако по сути вузы по всей стране стали частью системы мобилизации.
”
«Случай Аверина — это приговор всей кампании по вербовке студентов. Им продают красивую картинку «войны будущего», где ты сидишь с джойстиком в безопасности. Но как только подпись поставлена, ты — штурмовик. Командованию на местах плевать на твои дипломы и навыки оператора, им нужно закрывать дыры в пехоте. Студентов используют как самый дешевый и бесправный ресурс. И статистика Фалькова о «двух процентах» теперь пишется кровью таких ребят, как Валерий», — говорит юрист Артем Корнеев.
В техникумах Бурятии и других регионов агитация продолжается без перерывов. «Уроки мужества» и выставки дронов работают на выполнение мобилизационного плана. Журналист-расследователь Марина Литовченко считает, что Аверин лишь первая жертва этой масштабной ловушки.
”
«В России сейчас почти 200 вузов и колледжей превращены в пункты набора. Студентов заманивают «особыми» годовыми контрактами, которые якобы гарантируют службу в тылу. Но пример Аверина показывает: это ложь. Две недели — и человек, который должен был в этом году получить диплом строителя, возвращается домой в цинковом гробу. Это уничтожение интеллектуального фонда страны ради сиюминутных заплат на фронте. Самое страшное, что для министерства это «неизвестная» цифра, а для матери — конец жизни», — дополняет Литовченко.
Гибель Валерия Аверина подтвердила худшие опасения: «войска БПЛА» для учащихся стали лишь красивой оберткой для прикрытия штурмовых окопов. В то время как министерство ждет выполнения квоты в 2%, родители по всей России начинают осознавать, что «урок мужества» в колледже может закончиться фронтом и похоронкой.
